Алексей Чадаев: Про телегу

Счас буду сказать опасные вещи, за которые меня многие влиятельные люди не погладят по голове, мягко говоря, но мы ж за победу, а не за чего изволите.

Итак. Есть понятная и в целом правильная госзадача: контроль государства над ключевыми информационно-коммуникационными сервисами, используемыми на фронте и в тылу. В том числе — чтобы не пришлось, например, в следующий раз всей страной молиться на резистентность тонкого кишечника Паши Дурова к терморектальному криптоанализатору, который ему предположительно могут вставить где-нибудь в парижской жандармерии, куда он в следующий раз по дурости загремит.

И есть те, кому она поручена на исполнение. У них есть свой инструментарий, которым они как могут её выполняют. Они, так уж вышло, по совместительству контролируют известный телекоммуникационный холдинг, куда пытаются разными правдами и неправдами перенаправить весь имеющийся трафик. Прямота рук у этих граждан в части разработки собственно софта и решений вызывает некоторые сомнения, подкреплённые многолетней репутацией, но других писателей у нас для вас нет.

Поскольку они понимают задачу не именно так, как она поставлена, а в своей творческой интерпретации ("все к нам, ибо куда вы денетесь"), они инициируют системную борьбу с "конкурентными" сервисами, используя в тч и инструментарий РКН. Дальше начинает происходить то, что мы все видим.

Проблема, на мой взгляд, в изначально неверной верхнеуровневой постановке задачи. Целью государства должен быть именно контроль, а не монополизация трафика. И достижение этой цели должно идти с поправкой на минимизацию сопутствующего ущерба — и фронтовым, и тыловым коммуникациям. Поэтому управлять решением этой задачи должны не вендоры "халяльного" решения, а высокоуровневые руководители из АП, моделируя одновременно и переговоры с внешними вендорами, и постановку задач вендорам внутренним. Отцы, короче, отечества.

Но отцы, как бы, чем-то другим заняты. А эту задачу, видимо, недооценив её значимость, отдали на откуп детям. Которые, как водится, сломали все игрушки. А в результате вот приходится в порядке антикриза выпускать усы и ими шевелить, веселя публику.

Ну вот. Сказал, выдохнул, накрылся каской и жду люлей. Но мы ж за победу, и это, увы, тот случай, когда молчать таки нельзя.